§ 8. Распространение Реформации в Европе. Контрреформация

Спор виттенбергского монаха с папой римским, о котором шла речь в прошлом параграфе, немецкими землями не ограничился. К середине XVI века переустройства церкви требовали уже почти повсюду: в Англии и Франции, в Дании и Норвегии, в Нидерландах, в Швейцарии. Швейцарские города стали одним из самых заметных средоточий движения — там сложилось ещё одно протестантское вероучение, а с ним и особый порядок церковной жизни, который потом перенимали в других странах. Составил то и другое Жан Кальвин.

Кто такой Кальвин. Родился он во Франции и получил превосходное образование: латынь знал в совершенстве, читал по-древнееврейски и по-древнегречески, а потому мог держать в руках Библию не в переводе, а такой, какой её написали. Учение Лютера дошло и до него — и в 1533 году Кальвин открыто назвал себя протестантом. За распространение протестантских воззваний его начали преследовать, и он ушёл из Франции в Швейцарию. Там из-под его пера вышла книга, где всё его учение было изложено по порядку (рис. 1). Это вероучение и назвали кальвинизмом.

Жители Женевы — а этот город тоже был одним из центров Реформации — позвали Кальвина к себе. Влияние его на умы оказалось таким, что современники прозвали его «женевским папой» (рис. 2).

Чему учил Кальвин. Вопрос, на который он взялся отвечать, верующие задавали себе больше тысячи лет: волен ли человек выбирать свой жизненный путь — или всё, вплоть до посмертной участи, решено за него заранее. Кальвин учил так: ещё до рождения человека Бог одним душам назначил вечное спасение, а другим — вечную погибель, и узнать свой жребий верующий не может. Но сидеть сложа руки, по этому учению, нельзя: долг человека — идти судьбе навстречу, трудиться и раскрыть все заложенные в нём способности. В этом и состоит, говорил Кальвин, главное служение Богу, и через него человек в конце концов может распознать свой жребий: удача в земных делах служит знаком избранности. Не везёт — не отчаивайся и работай больше, может быть, удача ещё придёт. Выходило, что одной искренней веры для спасения мало: где бы человек ни стоял на общественной лестнице, он обязан всю жизнь безропотно работать, чтобы получить подтверждение своей избранности. Другого способа получить такой знак учение не оставляло, и последователи Кальвина трудились упорно.

Была у него и политическая мысль, полюбившаяся части дворянства: подданные, признавал он, вправе свергнуть короля, если тот преступает законы — и человеческие, и божеские.

Кальвинизм назвал достоинствами то, что прежде достоинствами не считалось: бережливость, расчёт, скупость, накопление — и всё это вместе с неустанным трудом и умеренностью в быту. Такие правила пришлись по душе прежде всего горожанам и предпринимателям, тем, кто вёл дела в пору, когда в Европе только зарождалось капиталистическое хозяйство. Занятие их выходило богоугодным, а дух предпринимательства от этого лишь креп.

Как была устроена кальвинистская церковь. Устроена она была не так, как католическая, и не так, как лютеранская. Таинств признавала только два — крещение и причастие. Городским светским властям община не подчинялась, а делами распоряжалась сама: своих руководителей она выбирала и сама же за ними надзирала. Руководители эти — проповедники и старшины; старшину по-гречески называли пресвитером, то есть старейшиной, и оттого кальвинистскую церковь иногда зовут пресвитерианской. Священников, возведённых в сан, в ней не было вовсе.