§ 2. Встреча миров. Великие географические открытия и их последствия

Осенью 1492 года на берег небольшого острова в тёплом море сошли люди в стальных шлемах, а навстречу им вышли те, кто жил здесь всегда. Ни одни, ни другие не понимали, кого видят: приплывшие были уверены, что добрались до Индии, а хозяева острова впервые в жизни смотрели на огромные лодки под белыми полотнищами. Так встретились два мира, до того дня ничего друг о друге не знавшие. Дальше их судьбы пошли рядом, но розно: одной стороне встреча принесла серебро, неизвестные прежде земли и новую еду, другой — рудники, эпидемии и потерю самостоятельности.

Генуэзец и пустая казна. Мысль дойти до Индии западным путём, через «море Мрака», давно занимала людей предприимчивого склада. Упорнее прочих держался за неё уроженец Генуи Христофор Колумб (1451—1506), годами обивавший пороги королевских дворов.

Согласились в Испании, и вовсе не от избытка средств. Правившие вместе Фердинанд и Изабелла только что закончили долгую войну с арабами за освобождение страны — Реконкисту, и в казне было пусто. Королям нужно было золото. Хотелось им и другого: чтобы христианскую веру приняли народы, жившие далеко за Пиренеями и молившиеся своим богам. Обе причины и склонили их снарядить заморскую экспедицию, поручив её генуэзцу.

Договор подписали весной 1492 года, и условия оказались щедрыми. В случае удачи Колумб становился адмиралом и наместником короны на всех островах и материках, какие откроет, брал себе десятую долю дохода с привезённых товаров, а он сам и его потомки получали дворянство. В случае неудачи ему не полагалось ничего.

Деньги, однако, решали не всё. Труднее было набрать моряков, готовых идти неизвестной дорогой, и убедить их, что затея не безумна.

Огонь на берегу. Экспедиция собралась из людей бывалых — по разным подсчётам, от девяноста до полутора сотен человек. Их несли три судна — «Нинья», «Пинта» и «Санта-Мария»; на последней, самой большой, шёл сам адмирал. На рассвете третьего августа 1492 года флотилия покинула испанский порт Палос и направилась к Канарским островам. Погода первые тридцать три дня стояла на редкость удачная, но страх перед пустым горизонтом всё равно брал своё, да и чужаку-начальнику команда не верила: матросы несколько раз пробовали взбунтоваться.

Двенадцатого октября с «Пинты» ударил выстрел — условный сигнал. Дозорный разглядел вдали огонь: на берегу неведомой земли горел костёр. Земля оказалась небольшим островом, и Колумб дал ему имя Сан-Сальвадор, то есть Святой Спаситель, а на берегу подняли флаг испанских королей. Осмотрев остров, корабли пошли к югу и вскоре открыли Кубу и Гаити. Адмирал не сомневался, что перед ним Индия, — оттого жителей новых земель и стали звать индейцами. Имя это осталось за ними навсегда, хотя основано было на ошибке.

Первое плавание длилось двести двадцать пять дней и подарило европейцам не только острова Карибского моря. Моряки заметили, что магнитная стрелка отклоняется, когда судно пересекает магнитный меридиан, и что в южных широтах дуют ровные, постоянные ветры; их назвали пассатами.

Ещё трижды Колумб уходил за океан. Он описал Центральную Америку и северные берега Южной и до последнего дня верил, что проложил новую дорогу в Индию. Королевская чета его успехами довольна не была: золото из-за океана шло, но далеко не в тех количествах, каких ждали. Вернувшись из четвёртого, последнего плавания, адмирал узнал, что покровительница его, королева Изабелла, умерла. Больше о нём никто не вспоминал: последние годы он прожил больным и забытым, а по заслугам его оценили лишь через несколько десятилетий после смерти.

Почему не Колумбия. Открытую за океаном сушу поначалу называли Вест-Индией, то есть Индией Западной. Своё нынешнее имя она получила позже и по чужой воле.

Флорентиец Америго Веспуччи, служивший испанской короне, тоже заразился общим любопытством к заморским краям и сходил туда сам. В письме приятелю он предложил называть эти края Новым Светом: у предков, писал он, о них не было никакого понятия, а значит, перед нами самое новое из открытий. Письма Веспуччи напечатали в Германии, следом издали книгу о его плаваниях, и имя автора узнала вся образованная Западная Европа: именно эти письма первыми рассказали читателям про открытия Колумба.