§ 29. Московское государство и его соседи во второй половине XV в.

Во второй половине XV века Москва довела до конца дело, начатое ещё её первыми князьями: почти все русские земли собрались под властью одного государя, а зависимость от Орды ушла в прошлое. Разберём, как это случилось. Сначала посмотрим, как Москва подчинила себе Новгород, потом — чем кончилось противостояние с ханом Ахматом, какие земли вошли в новое государство, как вырос авторитет великого князя и кто помогал ему управлять огромной страной.

К середине XV века на Руси не было правителя сильнее московского великого князя. И всё-таки напрямую ему подчинялась от силы половина Северо-Восточной Руси. Новгород и Псков, Тверь и Рязань, Ростов и Ярославль жили своим умом: старшим они великого князя признавали, но дела вели сами.

Собирать эти земли выпало сыну Василия II Тёмного — Ивану III. Правил он больше сорока лет, и современники видели в нём человека одарённого, умного, властного и жёсткого. К делам правления Иван привык очень рано: ослепший отец сделал его своим соправителем, когда сын был ещё подростком, и юный княжич уже тогда водил полки в походы.

Первыми, почти сразу после его вступления на престол, к Москве отошли Ярославское и Ростовское княжества. Но главной заботой нового государя был Новгород — самый богатый и самый непокорный из соседей. Там Иван III и стремился прежде всего упрочить своё влияние.

Что же творилось тогда в самом Новгороде? Земли, которыми прежде распоряжалась вся городская община, мало-помалу стали собственностью немногих боярских семей. Эти бояре превратились в крупнейших землевладельцев, и доход с земли шёл теперь им, а не в городскую казну. В их руках оказались и высшие должности республики. Казна скудела, и князья, которых Новгород нанимал на службу, уже не могли, как раньше, мирить бояр с «чернью» — так называли простой народ. Прежние общинные связи слабели и в городе, и в подвластных ему землях.

По-другому складывалась жизнь Пскова, который отделился от Новгорода ещё в XIV веке. Он стоял на самой границе, и воинственные соседи заставляли псковичей держаться за сильного князя-защитника. Больших боярских имений здесь не было. Довольно скоро Псков признал себя вассалом Москвы, то есть зависимым от неё. Уже к началу XV века князья, которых выбирали псковичи, клялись в верности не одному своему городу, но и московскому государю, а позже их прямо объявили наместниками Москвы. Иван III отнял у псковичей и право прогонять присланных к ним князей.

Тем временем новгородские бояре разделились на два лагеря. Одни собрались вокруг Марфы Борецкой, вдовы посадника, и её сыновей. Они полагали, что вольность города спасёт лишь опора на Великое княжество Литовское. Другие хотели дружить с Москвой: они рассчитывали, что если жить с великим князем в согласии, то республика так и останется самостоятельной.

Победили Борецкие. В 1471 году они от лица всего Новгорода заключили договор с Казимиром IV — великим князем литовским, который был одновременно польским королём, — и признали его своим князем. Выходило, что новгородцы отдают себя под власть государя-католика. Потому поход, который Иван III тотчас начал, собрав полки со всех подвластных Москве земель, выглядел как война за православную веру.

Летом того же года на реке Шелони московская рать наголову разгромила новгородское ополчение, хотя новгородцев было в несколько раз больше. Москвичами командовал князь Даниил Холмский — потомок тверских князей, перешедший на службу в Москву. После победы Москва и Новгород подписали договор. По нему город сохранил независимость, однако заплатил Москве крупную сумму денег и пообещал не иметь никаких дел с литовским князем. Вместе с Новгородом ослабела и его торговля с Ганзой — союзом немецких торговых городов.

Прошло шесть лет, и великий князь снова двинул войско к Новгороду. Зимой, в январе 1478 года, самостоятельности города пришёл конец. Вече больше не собиралось, его колокол увезли в Москву, а на месте выборных посадников и тысяцких теперь сидели московские наместники (рис. 1). Посадников и тысяцких прежде избирали сами новгородцы, и они вели дела города; наместника же назначал великий князь, и отвечал наместник только перед ним. Так Новгородская республика, веками жившая по своим порядкам, стала частью Московского государства.

Параллельно Иван III решал и вторую большую задачу — избавиться от власти Орды.